Письма. Яблоки. Бабочки | Публікації | Litcentr
07 Травня 2024, 10:11 | Реєстрація | Вхід

Письма. Яблоки. Бабочки

Дата: 24 Жовтня 2011 | Категорія: «Білий і вільний вірш» | Перегляди: 774 | Коментарів: 2
Автор_ка: Маргарита Ротко (Всі публікації)

ОНА:

Когда ты уходишь, я говорю тебе: у меня всё будет –
ледышки, перчатки, гномики, на лодыжки
тепло говорящие. Может быть, даже – люди,
со мной засыпающие, словно на ели – шишки.

Мне будет ещё четыре. Наш возраст – горбатый флюгер.
Мне будет ещё четыре. Полмесяца. Будет почерк
врача в золотом домишке, где стены кричат белугой…

Моя одиночка ободиночила на полночи.

Моя одиночка, из которой я вру тебе, что всё будет гладко –
как заполярное небо. Как локоть у Лукоморья…
Моё одиночество жёлудем за подкладкой
болтается в пиджаке говорящем горла:

и нитки торчат – как всхлипы, которых – стыдно.
И сода-швея растерянно шов слюнявит…

…а я намолчу тебе яблоко в шкуре сидра –
такое вот старое яблоко: даже травы
не помнят его падения.
Только помним
мы – вместе с тобой, одиночкой и сухоруслом
стакана воды.

…а часы, как игрушки-пони,
качают мордахой.
Гроза головою русой
трясёт за окном.
Расширяют зрачки обои.
Ты входишь на цыпочках.
Я притворяюсь спящей.
Считаю в спине прорехи, как мышек – в поле…

Ты смотришь, не видя, в застенчиво-синий ящик…


ОН:

Девочка моя, когда я уйду, у тебя всё будет –
химия яблок, и Лукоморье, и пылкий гном,
и радуга, проплывающая в чае, как барракуда,
и ласточка, усмиряющая гром.

Когда я уйду, чуть-чуть повзрослеет пони
часистый. Затихнут мыши в соломке снов.
Останется тень синицы, которую можно не помнить.
Останется сидр в тельняшке, вращающий колесо

каких-то прохожих взглядов на спину твою, которая
тебя выдавала, когда ты спала понарошку и не стеснялась…
Останется ящик, набитый сплетнями, как Пандорами.
Может быть, останется даже жалость,

но это неправильно.
Всё будет гладко – как щёчка яблочка.
Как невидимка, зажатый дерзким дверным проёмом…

Засыпай, хорошая.
И пусть тебе снится бабочка –
дремучая, будто дрёма…


***

Так они переговаривались.
Так они писали письма, лёжа
она – на руке его, он – на реке её зарёванных одноночей…
Пара дремучих чучел…
Время наливалось яблоками, как лошадь,
и щипало за пятки, оставляя родинки или точки –

как от комариков.
Одинаковые.
Родные.
Прикипающие друг к другу, пока письма задрёманы и безмолвны…
И мечты их во сне вырастали, как города и дыни,
и вжимались друг в дружку, прячась от змеемолний.

И казалось, что всё – невыносимо гладко.
И казалось, что у этих двоих – ого-го что будет…

Только утром приходила злая фея – толстая Циферблатка.
Протыкала иглой будильника, словно – цыплёнков вуду.

Нанизывала на вертел быта.
Кипятила звонки и нервы.
Приводила за руку гномов холодной спешки…

Они переругивались.
Писали письма.
Она начинала первой
(вынашивала их, кислые, как просроченные орешки):

говорила, что ничего не будет. И поэтому для неё по пятницам всё умирает,
так что приезжай скорее, несмотря на путаные показания…

Он говорил, что ничего не будет. Что он смотрит на неё, сидя скраю.
Что у него нет пяти лап, все из которых – задние, –

чтобы танцевать ей канкан или живую польку,
чтоб вышивать ей поле, как – Шаганэ неправильной…

Письма сидели, как совы на книжных полках,
пряча под крылья клювы.
Почти что паиньки.

Письма лежали:
одёжками.
Шелухою.
Яблочной кожурой.
Соломинками для чучел.
Письма лежали тихо: как ночь – на тапочках…



Может, когда-нибудь этим двоим похэппиэндид лучше,
но пока что он иногда приходит к ней –
и ночь расцветает тёплой дремучей бабочкой…



2 коментарі

avatar
Очень трогательное стихотворение. Нежное - несмотря на горечь...
avatar
мне кажется, что не горькой нежности не бывает. (

спасибо тебе

Залишити коментар

avatar