17 Листопада 2019, 06:22 | Реєстрація | Вхід
/ Новини / ЛитАнкета: Нина Паламарчук (plmn), г. Житомир. - 25 Листопада 2013

 ЛитАнкета: Нина Паламарчук (plmn), г. Житомир.

Категорія: «Новини»
Дата: 25 Листопада 2013 (Понеділок)
Час: 16:21
Рейтинг: 0.0
Матеріал додав: pole_55
Кількість переглядів: 1695



Имя: Нина Паламарчук
Логин: plmn

Группа: Автор
Место жительства: г. Житомир.

День рождения: 9 Июля
Знак зодиака: Рак



1. Какую книгу Вы читали в последнее время?     
Из запомнившихся – «Сатанинские стихи» Салмана Рушди. Совсем недавно прочла повесть некоего Ботева с гнетуще оригинальным названием «Кот Шреденгира», см. шорт-лист премии Дебют. Послевкусие странное осталось, будто ком шерсти проглотила. 

2. Кого из поэтов не надоедает перечитывать? 
Михаила Ерёмина, Сен-Сенькова, Афанасьеву, Гандлевского, Хармса. 

3. Перечитываете ли прозаиков. Кого именно? 
Прямо сейчас перечитываю Астрид Линдгрен, «Братья Львиное Сердце». Как-то случайно получилось, вспоминаю детство. С удовольствием могу перечитывать Филиппа Дика. Если же мало времени свободного, стараюсь читать что-то новое. 

4. Кем из литературных героев Вы хотели бы быть?  
Наверное, я бы выбрала себе не героя, а конкретный мир, в котором бы хотела жить. И не литературный, а художественный, мультипликационный. Это был бы мир мультфильмов Ивана Максимова. А если все же конкретный герой – то это собирательный образ, театральный образ Коломбины. 

5. Кто из литературных героев вызывает наибольшую антипатию/симпатию?   
Меня больше привлекают не главные герои, а второстепенные персонажи, без которых сюжет становится плоским. Всегда симпатизировала Меркуцио. В контексте упомянутой Линдгрен, терпеть не могу Карлсона, не потому, что он шкодник, а потому, что постоянно подставляет – читай, предает, – Малыша, своего лучшего друга. 



6. С кем бы из поэтов/прозаиков прошлого вы бы хотели пообщаться? На какую тему?     
Хотелось бы пообщаться с поэтами филологической школы (УВЕК). Или еще дальше вглубь столетия – с обэриутами (с тем же горячо любимым мной Хармсом). Интересно из первых уст узнать, какой была поэзия того времени изнутри, с какими проблемами они сталкивались, намного ли их задачи отличались от современности. 

7. Зачем и кому нужна поэзия? 
Кому нужна алгебра во взрослой жизни? Правильно, учителю алгебры. 
Поэзия нужна поэтам, в первую очередь. И критикам нужна. Даже хлеб, и тот не все кушают, вот и поэзия не всем на свете необходима. 
А зачем? Самовыражение, эстетическое наслаждение, все дела. Есть люди, которым без поэзии становится пусто в жизни, значит, она-таки нужна.  

8. Ваши источники вдохновения? 
Стрессы, варган, муравьеды. С недавнего времени – уточки. 
Пишу  обычно с большого эмоционального напряжения, если волнуюсь перед каким-то событием, нервничаю. Такие тесты получаются чище, естественней.  

9. Совет по борьбе с творческим кризисом. 
Нырнуть в работу. Чем больше стрессов, тем лучше тексты. В Оксии (литературная организация, участником которой являюсь) работает шуточное правило: если ничего не пишешь, значит, у тебя все хорошо. События в жизни, плохие ли, хорошие ли, стимулируют. 

10. Когда и где обычно пишете (день, ночь, не имеет значения)? 
Конечно, легче ночью, если никто не мешает. Где…Раньше было много ритуалов. Листок пополам надо было сложить обязательно. Теперь печатаю быстрее, чем пишу от руки, потому положение тела и место – несущественно. 



11. В какой мере читатель нужен автору? Какой он - "идеальный читатель"? 
Автор пишет для кого-то, что бы там не говорили. У каждого существует воображаемая аудитория, даже если она состоит из одного человека. Хорошо, если обращаешься в тексте на самом деле не к эфемерному зрителю-слушателю, а к самому себе. Наверное, лучшие тексты могут быть написаны только для своего внутреннего читателя, с целью что-то прояснить именно для себя, а не кому-то постороннему. «Обращения вовнутрь» позволяют избавиться от позерства,  красивостей. Тут никого не стыдишься и не хочешь казаться лучше, чем ты есть. Вот такой читатель нужен автору – он сам. Мои идеальные читатели – дети. Если они верят в текст, каким бы сложным для них он не казался, значит – все правильно  получилось. 

12. Какой должна быть критика?
Чем выше уровень автора, тем жестче. Работаю с детками, и когда разбираем их стишки, стараюсь больше похвалить, выделить то, что получилось. От друзей же стремлюсь услышать честное и непредвзятое мнение – так воспитали дома и в организации, что, если желаешь добра, то должен указать на недостатки, а потом на достоинства. Похвалить и мама может (кстати сказать, моя как раз хвалит мои стишки редко, больше троллит), а если ты публикуешь свой текст, не важно, где и в каком формате, то ты готов выслушать мнение других людей об этом тексте. 
В идеале, конечно критика могла бы быть объективной, но ведь есть определенный эталон литературы, за которым она превращается в анализ художественного текста. А тут без субъективного подхода, мне кажется, не обойтись. 

13. Поэтические фестивали - положительные/отрицательные стороны.
Плюсы – живое общение и особая атмосфера, которая полезна молодым авторам. Там будто бактерии водятся. Интернет – это эрзац,  здесь все плоско и двухмерно, он не заменит общения в реале. Отрицательные – смотря каков уровень фестиваля. Кое-где конкурсанты ужасные, приходится слушать три часа словоблудия. Кое-где организаторы  пасуют, каша получается. И цена вопроса, конечно. Фестивали требуют затрат, денег не хватает.  

14. Ваше мнение о Слэме. 
Как шоу – безусловно, нравится, оттачиваются прекрасные навыки экстремального чтения на публику. Как вид мастерства – имеет место быть, хотя тексты слэмеров порой с литературой могут иметь мало общего. А вообще слэм – это увлекательно, такой себе  поэтический спорт. 

15. Какие из поэтических мероприятий актуальны и имеют перспективы? 
Не шаблонные конкурсы, думаю. Всегда были и будут квартирники, живое общение с авторами. 



16. Что такое качественная поэзия?
Та, что апеллирует не к символам, а к самим  предметам. Оперирует доступными понятиями на новом уровне. Позволяет сразу определить автора по его стилю. Поэзия, которая открывает тебе и в тебе что-то новое – новое ощущение, новое понимание. Любой из вышеперечисленных критериев годится. Это как красота математической формулы – тут навык нужен, чтоб оценить изящность, но когда такой навык приобретается, не жалеешь потраченного времени, поскольку эстетическое удовольствие превосходит ожидания. 

17. Чего современной поэзии не хватает, в чём перебор? 
Современной украиноязычной или русскоязычной? Или европейской? Или арабской? В каждой стране, даже в каждом регионе – свои особенности. А вообще, мне кажется, что современной поэзии не хватает современного читателя. То, что воистину является поэзией, в большинстве случаев не рассчитано на обывателя. А обыватель и не особо стремится куда-то подтягиваться, чему-то учиться, его и здесь неплохо кормят. По большому счету, это нормально, все люди разные, но меня это удручает. 
Перебор – в графоманах, порой таких изощренных, что их не сразу выкупишь. Они подменяют истинную литературу эрзацами, и неискушенный читатель верит.  

18. Какой будет Литература через 10, 20, 50 лет?
Думаю, дитешки нынешние подрастут. Новое что-то будет. А если б знала, что именно, то уже премию Андрея Белого получала бы.  

19. Свой вопрос. *вопрос, который не был задан, но Вы бы на него с интересом и готовностью ответили.

- Есть ли какая-то граница совершенствования автора?
- Думаю, нет. Даже когда обретаешь какой-то свой поэтический голос, до чего мне еще плыть и плыть, у тебя впереди по-прежнему бесконечность развития собственной личности. А с развитием личности и творчество движется вперед, изменяется. Не всегда в лучшую сторону, тому есть множество примеров, но тем не менее. 

20. О чем бы вы спросили у следующего отвечающего на "ЛитАнкету"?
Есть ли тема, на которую бы вы не смогли написать, и почему?



21. Вопрос Алексея Величко: "Как вы относитесь к академической музыке? Почему сегодня академическая музыка столь мало популярна?"
Я к академической музыке не отношусь, увы. Слушаю время от времени, под настроение, А мало популярна она по той же причине, что и поэзия – чтобы  понимать ее, надо затратить определенные усилия, и вложить силы и время в саморазвитие. Не всем это надо. 

22. - бонус - Актуальный для тебя сейчас стих (свой/чужой - значения не имеет. с указанием авторства).
Много таких, сложно выбрать. 
Ну вот крутится в голове текст Марии Степановой, пускай он будет

ГОСТЬЯ

Той ночью позвонили невпопад.
Я спал, как ствол, а сын, как малый веник,
И только сердце разом – на попа,
Как пред войной или утерей денег.
Мы с сыном живы, как на небесах.
Не знаем дней, не помним о часах,
Не водим баб, не осуждаем власти,
Беседуем неспешно, по мужски,
Включаем телевизор от тоски,
Гостей не ждем и уплетаем сласти.

Глухая ночь, невнятные дела.
Темно дышать, хоть лампочка цела,
Душа блажит, и томно ей, и тошно.
Смотрю в глазок, а там белым-бела
Стоит она, кого там нету точно,
Поскольку третий год, как умерла.

Глядит – не вижу. Говорит – а я
Оглох, не разбираю ничего –
Сам хоронил! Сам провожал до ямы!
Хотел и сам остаться в яме той,
Сам бросил горсть, сам укрывал плитой,
Сам резал вены, сам заштопал шрамы.

И вот она пришла к себе домой.
Ночь нежная, как сыр в слезах и дырах,
И знаю, что жена – в земле сырой,
А все-таки дивлюсь, как на подарок.
Припомнил все, что бабки говорят:
Мол, впустишь, – и с когтями налетят,
Перекрестись – рассыплется, как пудра.
Дрожу, как лес, шарахаюсь, как зверь,
Но – что ж теперь? – нашариваю дверь,
И открываю, и за дверью утро.

В чужой обувке, в мамином платке,
Чуть волосы длинней, чуть щеки впали,
Без зонтика, без сумки, налегке,
Да помнится, без них и отпевали.
И улыбается, как Божий день.
А руки-то замерзли, ну надень,
И куртку ей сую, какая ближе,
Наш сын бормочет, думая во сне,
А тут – она: то к двери, то к стене,
То вижу я ее, а то не вижу,

То вижу: вот. Тихонечко, как встарь,
Сидим на кухне, чайник выкипает,
А сердце озирается, как тварь,
Когда ее на рынке покупают.
Туда-сюда, на край и на краю,
Сперва "она", потом – "не узнаю",
Сперва "оно", потом – "сейчас завою".
Она-оно и впрямь, как не своя,
Попросишь: "ты?", – ответит глухо: "я",
И вновь сидит, как ватник с головою.

Я плед принес, я переставил стул.
(– Как там, темно? Тепло? Неволя? Воля?)
Я к сыну заглянул и подоткнул.
(– Спроси о нем, о мне, о тяжело ли?)
Она молчит, и волосы в пыли,
Как будто под землей на край земли
Все шла и шла, и вышла, где попало.
И сидя спит, дыша и не дыша.
И я при ней, реша и не реша,
Хочу ли я, чтобы она пропала.

И – не пропала, хоть перекрестил.
Слегка осела. Малость потемнела.
Чуть простонала от утраты сил.
А может, просто руку потянула.
Еще немного, и проснется сын.
Захочет молока и колбасы,
Пройдет на кухню, где она за чаем.
Откроет дверь. Потом откроет рот.
Она ему намажет бутерброд.
И это – счастье, мы его и чаем.

А я ведь помню, как оно – оно,
Когда полгода, как похоронили,
И как себя положишь под окно
И там лежишь обмылком карамели.
Как учишься вставать топ-топ без тапок.
Как регулировать сердечный топот.
Как ставить суп. Как – видишь? – не курить.
Как замечать, что на рубашке пятна,
И обращать рыдания обратно,
К источнику, и воду перекрыть.

Как засыпать душой, как порошком,
Недавнее безоблачное фото, –
УмнУю куклу с розовым брюшком,
Улыбку без отчетливого фона,
Два глаза, уверяющие: "друг".
Смешное платье. Очертанья рук.
Грядущее – последнюю надежду,
Ту, будущую женщину, в раю
Ходящую, твою и не твою,
В посмертную одетую одежду.

– Как добиралась? Долго ли ждала?
Как дом нашла? Как вспоминала номер?
Замерзла? Где очнулась? Как дела?
(Весь свет включен, как будто кто-то помер.)
Поспи еще немного, полчаса.
Напра-нале шаги и голоса,
Соседи, как под радио, проснулись,
И странно мне – еще совсем темно,
Но чудно знать: как выглянешь в окно –
Весь двор в огнях, как будто в с е вернулись.

Все мамы-папы, жены-дочеря,
Пугая новым, радуя знакомым,
Воскресли и вернулись вечерять,
И засветло являются знакомым.
Из крематорской пыли номерной,
Со всех погостов памяти земной,
Из мглы пустынь, из сердцевины вьюги, –
Одолевают внешнюю тюрьму,
Переплывают внутреннюю тьму
И заново нуждаются друг в друге.

Еще немного, и проснется сын.
Захочет молока и колбасы,
Пройдет на кухню, где сидим за чаем.
Откроет дверь. Потом откроет рот.
Жена ему намажет бутерброд.
И это – счастье, а его и чаем.

– Бежала шла бежала впереди
Качнулся свет как лезвие в груди
Еще сильней бежала шла устала
Лежала на земле обратно шла
На нет сошла бы и совсем ушла
Да утро наступило и настало.



Предыдущие Анкеты: 

ЛитАнкета: Мария Банько (Leitnia).
- ЛитАнкета: Саша Птица (alex-and-birds).
- ЛитАнкета: Родион Лонга (longa).
- ЛитАнкета: Рэна Одуванчик (oduwan).
- ЛитАнкета: Елена Шелкова (shelkova).
- ЛитАнкета: Павел Сухно (annimir)
- ЛитАнкета: Юля Броварная (dixi)


0 коментарів

Залишити коментар

avatar